У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается

Terra Incognita: Homo Ludens

Объявление

О форуме

Добро пожаловать на камерную форумную ролевую игру Terra Incognita: Homo Ludens!


Рейтинг: 18+

Игра ведется по авторскому сюжету в стиле неклассического дарк-фэнтези во временном промежутке, эквивалентном Европе 14-15 вв. В игре присутствуют авторские расы с уникальными наборами магических способностей.

Мастера игры:

Позабытый и Сова

Важные события

Для консультации по миру
просьба обращаться к АМС c помощью Skype

Форумная игра имеет камерный тип. Тем не менее, поучаствовать в ней может любой желающий - для этого достаточно ознакомиться с миром и написать анкету. Для уточнения информации рекомендуем обращаться в гостевую форума или в предоставленный в ней skype главного администратора.

Ознакомиться с игрой:

Логин: Читатель | Пароль: Читатель

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Terra Incognita: Homo Ludens » #Флэшбеки » 9 Цветовод 1460, дом Хэйла‡Обречение и пренебрежение&


9 Цветовод 1460, дом Хэйла‡Обречение и пренебрежение&

Сообщений 1 страница 8 из 8

1


Обречение и пренебрежение


[img class=border]http://funkyimg.com/i/2E67Z.jpg[/img]

Участники:  Леод, Хэйл; Мастер по необходимости
Рейтинг:  18+
Описание:  Дочь Хэйла имеет прескверное свойство: сбрасывать на него своих новых питомцев и использованные игрушки. В этот раз она приволокла выловленного из моря накануне оуреда. Проклятого-черноглазого. Без пут. С запиской "пристроить парня работой и кровом". Ну, хотя бы не учить, хотя в открытой всем ветрам голове асура творится помимо свиста пустоты хаос каких-то старых переживаний и подзабытых, но тревожимых одним словом или жестом, душевных ран. Хэйл не любит, когда кто-то тревожит его одиночество, но новых жилец не творит шума, помимо шума своих мыслей, от которых аскейр может спрятаться, и готов просто работать. Это хорошо. Руки в хозяйстве всегда пригодятся.
Бой и участие мастера: бой по необходимости, мастер подключится

+1

2

[indent] Яблочко было зелёное и кислое, что невольная люденская невеста на гулянии, но даже оно рисковало покраснеть от стыда, безнадёжно, почти всухую проигрывая в сравнении с кислостью и зеленостью рожи Леода, которого морская болезнь догнала уже на земле, а на подъёме выше по каменистым тропкам и ближе к кратеру активного, мать его етить, вулкана и вовсе травила хуже непривычного запаха пробегающего по раздолью ветерка. День уже клонился к вечеру, солнце рыжело и румянило тяжелеющим брюхом заволочённый водной марью запад. Ему нужно было съесть уже надкушенную кислятину в его руке, но желудок выл пахабное слово из трёх букв, точно в нём поселилась стая голодных и злых как в его ледяном мире волчар.
[indent] Может быть, он просто устал, и первый день без любых ограничителей и возвращение уже ставшего непривычным чёткого мировосприятия, полного воздушных течений, которые он мог чуять острее, полного упруго прыгающей под отвыкшими от ходьбы на большие расстояния из-за прозябания в трюме связанным материи пространства, так отыгрывался на нём. В целом, Леод наслаждался свободой, но отходняк и невозможность никак поесть омрачала это счастье.
[indent] Он не ожидал, что путь окажется настолько долгим и далёким от довольно оживлённого и небольшого порта. Но ещё меньше он ожидал, что среди этого дремлющего инфернального безумия, где сочная зелёная трава покрывала слои мучнистой, полной золы и пепла и пористых камешков почвы, увидит дом с розами. При себе у парня, одетого в простую лазурную матросскую робу, на поясе перехваченную полосатым кушаком с прицепленным несообразно всему остальному богатым тубусом, не было ничего, даже кошеля. Чьи-то давно разношенные и даже великоватые сапоги несильно натирали торчащие под странным углом костяшки на пятках легконогого и привычного к бегу на пальцах, а не полной стопе, но в целом ему жаловаться было не на что. Только на потерянный на его острове памятный нож с агатом, из-за которого его пеший путь с лёгкими магическими рывками был полон зарядки для рук.
[indent] Ошейник пут оуред завязал на запястье, едва выйдя из порта и погасшие письмена на светлом кожаном ремне почти сливались с его собственной рукой. Подходя к выглядящему заботливо ухоженным дому с пышными, выплескивающимися за ограду зелёными насаждениями, Леод глянул на путы и подумал, стоит ему застегнуть, или такая комфортная ложь хозяина скорее оскорбит, и решил против этой идеи. У двери он замялся, снимая тубус с сопроводительным письмом даже без стука.

+1

3

День, когда он еще понадобится, вряд ли наступит.
Но меч с сапфирами аккуратно складывается в ножны.

Хэйл был слишком озабочен. Последние дни слишком насыщены вестями, от которых ему даже деться некуда: маленькая проблема села на шею Хэйлу окончательно, свесив ноги и иногда перехватывая ими горло так, что дышать становилось труднее.
Дышать.

Последний вздох был слишком тяжелым, чтобы его не заметить.
Очередное письмо - очередное бремя, которое он нёс уже столько лет. Он винил себя во всём, что произошло. Например, в том, что был плохим отцом с самого начала. Или что до сих пор разгребает насущные проблемы, да не свои.
У Хэйла своих проблем давно уже не было: он заведомо мёртв еще после войны.

Пока многие светские асуры балуются властью, борются за трон и корону, Хэйл протирает клинок меча и, к чему лукавить, надеется, что он никогда ему не пригодится. Хоть он и хранит его уже по привычке с военных времён.

однообразность.
Хэйл отсчитывает несколько минут в голове. Он смотрит на песочные часы и понимает, что время поджимает.
Его жизнь слишком изменилась с тех самых времён, когда нужно было держать меч при себе; когда нужно было убивать ради собственной жизни; и когда цена слова была равна предательству.
Некоторые вещи стоит оставлять в личном дневнике, который, обычно, прячут под подушкой.

Но Хэйл не прятал дневник.

Он вообще ничего не прятал.
Потому что нечего было прятать.

Он выходит из-за стола и направляется из дома в свой сад, наполненный розами.

В последнее время в его саду розы одного цвета - синего. Как светлое небо над головой, как волосы ловчих, как глаза одной масштабной проблемы.
Его упрекали. Слишком много упрекали в том, что он не такой, как все. Что стремится не к тому, к чему стремятся все. И он ничуть об этом не жалел. В такие моменты он лишь касался пут и понимал, что его жизнь имеет некоторый смысл, который не понять никому.

Это были розы.

Он берёт лейку, набирает в неё воды и начинает поливать цветы, которые итак уже, казалось, скоро поднимутся до небес. Свободные от всего мира, но зависимые от ухода Хэйла.
Наверное, так и было. Всякий раз, когда что-то происходило, когда очередной лист пергамента с письмом опускался на столешницу Хэйла, он вставал из-за стола и совершал то, на что не хотел бы идти, но был вынужден. Поправляя свешивающиеся с шеи ножки одной большой проблемы, он чувствовал, что живёт. Хоть и пожинает плоды собственных ошибок и наивности в юном возрасте.

И хотя ему казалось, что он делал всё возможное, он чувствовал, как тяжелая ноша сдавливает его. Он понимал, что не может защитить от всех проблем вне того, чья жизнь могла бы измениться в другую сторону, не будь он тем юнцом после войны.

Закончив поливать цветы, он оставляет пустую лейку на траве недалеко от деревянных стен своего дома.
Жизнь вроде бы наладилась, но предчувствия говорили, что нет.

Есть ли смысл сожалеть о том, что родился ловчим, если за столько лет так и не смирился с собственной судьбой?

- Кто ты? - Он подходит к незнакомцу, расправляя закатанные рукава туники и касаясь кончиками длинных пальцев пут, словно, снимая с них волшебное заклинание.

- Слишком позднее время для визитов, - Хэйл не стремился считать каждого асура за врага, хотя против него слишком много поставлено.

Рано или поздно всё разрушится и разойдётся по миру словно пепел. А Хэйл будет жалеть. Или его убьют. И он будет рад, если будет второе.
Но а пока он рассматривает незнакомца, которого явно впервые видит: совсем юный мальчишка. Он вспомнил себя юного, когда в военной форме ловчего с забранными в конский хвост волнистыми иссиня-черными волосами, был слишком наивен и мечтал о покорении мира не меньше, чем нынешняя власть. И хотя тогда он был обычной пешкой, выполняющей приказы свыше, сейчас он надеется о том, что в нынешнее время мир хоть немного, но отличается от прошлого.

Отредактировано Хэйл (06.04.18 13:43)

+3

4

[indent] — Я… э-э-э… вот.
[indent] Протянул Леод и всунул в руки аскейра тубус капитана Тамлин (то есть Таморы как-то как-то как-то, сложно) с письмом, которое должно было касаться того, кто он, что он, и куда лежит его путь. Содержания его оуред даже не пытался узнать. Даже если бы она не было написано на незнакомом языке синими чернилами, от которых у него рябило в его скучных глазах и съёживался мозг под такой же скучно-чёрной шапкой нестриженных секущихся просоленных патл, которые "причесал" гуляющий над вулканическими холмами ветер. Леод не читал ничего сложнее вывески "Порося", на которой большую часть информации занимала выжженная и покрашенная свинья, которую ножом проткнули, годами. Это было реально очень и очень тяжело, хотя, пожалуй, не так тяжело, как было бы начать снова писать.
[indent] Понимая, что одним письмом не отделаться и даже с его социальными навыками стоит не ухудшать положение и с хозяином дома и сада хотя бы поздороваться, Леод, передав тубус, склонил голову и произнёс:
[indent] — Капитан сочла удачной мыслью послать меня к т… э-э-э… вам. Содержания письма не знаю, на острове первый день, я Леод.
[indent] Хранитель, это было превышение уже всех положенных ему квот по словам на месяцы и говорить и со скрипом вспоминать манеру вежливого обращения к хозяевам дома, стоя на их пороге, было ещё сложнее, чем просто издавать звуки. Опущенный от письма вниз взгляд асура упал на надкушенное и уже заветрившееся до густого ржавого яблоко в левой руке, после чего, бережливый в отношении еды как всякий бродяга, не испытывающий в жизни её избытка, даже если это безбожно кислые яблоки, Леод руку с яблоком просто заложил за спину, не имея куда его положить.

+3

5

Юный мальчишка не предвещает беды - это он понял по глазам, во взгляде которого можно было утонуть. Слишком тёмные, мрачные и глубокие. Таких глаз Хэйл уже давно не видел.

Он принимает от юноши тубус, достаёт оттуда послание и читает. По почерку сразу понятно от кого. Хэйл даже несколько удивился, но предпочёл не показывать своё удивление незнакомцу.
Она не так часто пишет ему. А потому все письма, написанные её рукой, он бережно хранит среди многих других, что она написала за всё своё существование.

Розы, конечно, прекрасны, но имеют шипы, которыми даже Хэйл может пораниться.

- Приятно познакомиться, Леод, - он складывает письмо и поднимает взгляд на юношу. Ему действительно необходим был отдых, - можешь звать меня Хэйл.

маленькая удивительная вещь
письмо, которое было дороже любого послания о ней

Короткое письмо с синими чернилами, в котором горе-чадо просит найти работу полегче для юноши, немного позабавило Хэйла.
Она явно использует его как няньку, подкидывая то одного юнца, то другого, словно Хэйл уже стал дедушкой и нуждается во внуках. Хотя это было бы прекрасно: он бы учил их ухаживать за садом, садить розы, пропалывать грядки и варить варенье с лепестками роз.

- Проходи в дом, - Хэйл не особо любит говорить, предпочитая тишину.

Более того, его занимало куда больше то, что путам было совершенно не от чего защищать голову Хэйла: в этом юноше гулял свежий ветер с океанских приливов, нежели какие-то слишком умные вещи и переживания. Возможно, он слишком вымотался, а может просто не предпочитает раскидываться словами. Или имеет явные проблемы с построением речи.
Он, конечно, мог помочь обучиться письму и речи, но зачем?
Тамлин попросила дать ему работу. И чем проще - тем лучше. Скорее, она отправила его с корабля из-за того, что он слаб: это было видно даже невооруженным взглядом.

Хэйл входит в дом и убирает письмо от горе-чада в ящик стола. Он переворачивает песочные часы, после чего указывает гостю на кресло.
Сам же он наливает чай на двоих, ставит чашки на стол и достаёт очередную банку с вареньем из роз, сваренного буквально пару дней назад.

- Здесь ты в безопасности. - Он сказал это лишь для того, чтобы лишний раз напомнить юноше о том, что к отшельникам в гости заходят крайне редко.

Даже горе-чадо, чьи глаза синие как его розы в саду, предпочтёт общаться краткими письмами, нежели наведываться к отцу.
Но в этом Хэйл виноват сам.

- Что капитан еще сказала? - Он садится напротив и смотрит в упор. Рано или поздно юнец откроет свои мысли и Хэйл точно поймёт причины, по которым его тело стало слабым.

+3

6

[indent] "Приятно…" — подумал Леод, но ничего не сказал, только задумался мельком, насколько действительно "приятно", а сколько в фразе вежливости. И зачем ему это знать — ну, кроме того факта, что от хозяйского скрытого из вежливости раздражения и его приращения будет зависеть, когда Леод будет прогнан с этого порога. Потому что бесстрастность лица аскейра сбивала его с толку, ведь оуред и так не очень хорошо умел читать эмоции других людей. Другие люди вообще были его слабой стороной по части любого взаимодействия, кроме превращения их в паштет.
[indent] Аскейр поднял на него глаза. В отличие от гигантской и неуловимо похожей на него кудрявой капитанши, чей грудной и изрядно сорванный от должности, жизни на море и Хранители ведают, чего ещё, голос царапал как ржавый гвоздь по камню, вызывал раздражение, этот, назвавшийся Хэйлом, располагал. Но был ужасно непонятным, отчего и так напрягающийся из-за новых знакомств и своего скрипящего от неиспользования годами хорошего воспитания Леод был на грани тихой паники.
[indent] Тихая паника, это когда в голове такое шёпотом "а-а-а, что говорить, что делать, надо, надо, надо". Шёпотом, тихо-тихо, а заполняет всё равно пустоту целиком умеренным гулом. И так же быстро, как прокатывается эхом — гаснет в голове, ведь слова и тревога теряют смысл, стоит лишь хозяину его пригласить, спрятав письмо.
[indent] "Какой… наполненный дом, —  впечатлился Леод, и надолго прилип глазами к одной-единственной детали интерьера, часам, наблюдая их забытый бег. — Он двигается по-своему".
[indent] В пространстве и времени, конечно, на что ещё обращать внимание асуру как он, верно?
[indent] Услышав слова хозяина, Леод нехотя оторвал глаза от часов и посмотрел на его лицо, размышляя.
[indent] "Это от меня людей надо прятать, только кто б им ещё это объяснил", — мрачно подумал он, но только дёрнул обветренными губами и опустил глаза. Пираты теперь кормили рыб. Как он не испытывал особой зависти хозяину обжитого дома, так он не испытывал пустых угрызений совести оттого, что утопил пиратский корабль за то, что они пытались заковать его в цепи на потеху какой-то богатой сволочи в зверинец.
[indent] "Дикие твари должны жить в диких местах", — подумал оуред, и его глаза упали на повязанный на запястье неактивный ошейник.
[indent] —  Капитан ночью расспрашивала меня только о каком-то знакомом. Я с ним встречался год-два назад, летом, он припёрся на остров, где я жил, вытянул на…
[indent] "Потрясающую прогулку по самым мерзким моим воспоминаниям. Чтоб он сдох, сука страшная".
[indent] — М-м, разговор. В итоге капитану оставил лишь привет. Она как услышала — развеселилась и сказала, что ссадит меня на острове и устроит как пожелаю. Ничего особого ни мне не сказала, ни вам. Даже дорогу показать забыла, я спрашивал у местных. А она, вроде, пополнила запасы и снова в море, этого, на скешира похожего, ловить.
[indent] Оуред, сидящий сгорбившись, как гриф, с торчащим из костлявых плеч и ворота робы острым кадыком на длинной шее, поморщился и потёр шею, где много дней натирал кожу до крови и заражения ошейник, а потом расплёл другой, помягче, из узла на руке, едва двигая привычными к куда менее тонкой и ловкой работе пальцами и стараясь не выронить яблоко. Там, под зелёным боком в тени напряжённых мускулов на ладони, проблескивало истёртое временем в белый ожог клеймо печати.
[indent] Он протянул путы Хэйлу.
[indent] — Если можете — лучше его снова надеть. Хорошо снова чувствовать себя в себе, но…
[indent] Леод склонил голову набок, как бы говоря "ну, сами знаете", но не говоря ничего. Он вообще был удивлён, что его на порог пустили.

Отредактировано Леод (06.04.18 17:14)

+3

7

Хэйл смотрел за гостем в упор, подперев голову рукой и внимательно слушая его речь.

у него в голове такой шум, что заглушает собственные мысли
впрочем, он уже давно привык не думать.

Юноша перед ним отличался от ранее виданных. Сколько Хэйл был вынужден путешествовать по разным землям этого бренного мира, ему ни разу не встречались асуры такой расы. Иначе он бы определённо запомнил глаза цвета оникса, в которых можно было утонуть как в омуте дурмана, в чёрном золоте или пропасти бездушных военных интриг.

Хэйл привык, что в глазах всех оттенков синего мало что можно прочесть: большинство ловчих скрывают свои мысли за железными невидимыми дверьми; они предпочитают не думать или всячески сдерживать любой поток мыслей. Наверное, если бы не этот навык, Хэйл бы уже давно болтался над островом, покачиваясь на ветру.
Хотя мог быть и другой сюжет. Любой асур знает ценность собственного тела.

«Это от меня людей надо прятать, только кто б им ещё это объяснил»
«Дикие твари должны жить в диких местах»
«Потрясающую прогулку по самым мерзким моим воспоминаниям.
Чтоб он сдох, сука страшная»

Хэйл чуть нахмурил брови, слушая гостя. Он слишком занят своими переживаниями - он это понял сразу, как обратил внимание на его мысли.
Они слишком отличались от мыслей обычных асур: в нём было столько озлобленности на кого-то, что Хэйл ненароком хотел проявить любопытство.

«на Скешира похожего»

Хэйл отвёл взгляд в сторону, после чего сделал небольшой глоток чая. Тамлин удивляла его каждый раз. Ему всегда казалось, что только он полил синие розы и избавился от сорняков, как буквально тут же появились новые, молодые, свежие.

- Этот скешир что-то сделал? - Вопрос, скорее, вслух.

Хэйл прекрасно понимал, что речь идёт об одном юном пророке, чьи волосы напоминали не то платину, не то белый холодный снег.
Он еще помнил встречи с ним - такие встречи не забываются. Они остаются в памяти клеймом, напоминая о себе стабильно раз в несколько месяцев.

Впрочем, сидящий юноша тоже был удивительным.

Хэйл посмотрел на протянутые путы, а затем снова на юношу. Он опустил чашку на стол и уселся удобнее, закинув ногу на ногу.

- Он тебе здесь не понадобится. Капитан просила за тобой приглядеть и дать тебе работу. Тебе просто некогда будет быть тем, кем ты являешься, раз считаешь, что тебя надо держать на привязи. - Он вздохнул, после чего продолжил, - угощайся. На некоторое время это место станет твоим домом.

Это навеивало некоторую тоску, когда приходится делить дом с детьми, да не родными.

+2

8

[indent] — Он не был скеширом, — скривил губы Леод. Впрочем, разницы было мало.
[indent] "Впрочем, какая разница, навязчивой сволочью с магией разума вообще быть по жизни как-то проще", — подумал он. Он ему хотелось бы, чтобы стерва была привычная и знакомая, только даже подумать о ней было тяжело, в горле вставал тошнотворный ком.
[indent] Теперь от неразговорчивого аскейра, каким бы тёплым и домашним он ни казался, хотелось спрятаться. Его слова были для отвыкшего от любого диалога оуреда как пересушенная солонина, мозг вгрызался очень медленно и неохотно, аж зубы сводило. Он, хозяин, скорее всего, ещё его и ощупывал, Леод вот даже не сомневался в этом, и даже украдкой подумал, а стоит ли ему хлопотать со словами — особенно когда ошейник ему завернули за ненадобностью.
[indent] Разорвать его что ли, повесив в безвоздушном пространстве с краями вне? Он даже хорошо прикидывал диаметр нужной ловушки, ровно в локоть.
[indent] "Конечно, что может случиться со мной на острове с целой колонией провидцев, сновидцев, мозголомов и ментальщиков. Заблаговременно узнают и закатают в парус, и никаких угроз. Я для них, наверное, даже жалок. И даже убивать не хочу", — не удержался он от мыслей, выдыхая и опуская руку. Его глаза перетекли на содержимое второй, на недогрызенное яблоко. Поскольку у Леода всё равно уже пару десятков лет хронически кровоточили дёсны, даже если бы он попытался сейчас кислятину грызть, это было бы очень… неаппетитно. Да, вот это верное слово. Поэтому надо было куда-то скрыться.
[indent] — Спасибо, — выдавил не знающий, куда деться, парень и опрокинул в себя питьё, не чувствуя ни жара, ни вкуса, ни аромата толком, просто чтобы залить в себя воды, раз еды желудок, похожий на шарик плотной закрытой пустоты, категорически не принимал. — Но, э-э, я думаю, мне бы до конца дня хоть чем-то надо успеть заняться?
[indent] "Надо выйти отсюда наружу, всё равно говорить не о чем. В снег рожей потом как-нибудь нырну, а, может, пойму, чего хочу ещё от жизни".
[indent] Хороший дом, хорошее место, а ему места здесь — нет, хотя уж куда дальше, на край мира, затащиться ему, чтобы его больше никто не трогал?
[indent] Наверное, куда-нибудь ещё подальше от любых живых существ.

Отредактировано Леод (25.05.18 12:22)

+1


Вы здесь » Terra Incognita: Homo Ludens » #Флэшбеки » 9 Цветовод 1460, дом Хэйла‡Обречение и пренебрежение&


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC